Эпоха в лицах: Александр Алтунин

Источник: Литературная Россия. Психиатр и психотерапевт, автор уникальных психологических методик и одновременно – писатель, философ, теолог и просветитель, Александр Алтунин к настоящему моменту опубликовал уже шесть книг из 20 написанных. 40 лет стажа профессиональной деятельности и более 50 тысяч судеб, прошедших через его кабинет, дали богатейший жизненный материал, лёгший в основу его произведений. О том, как в одном человеке соединяются столь разноплановые призвания, – в нашем интервью.

– Александр, вы начинали как врач-психиатр, защитили диссертацию. Как вы пришли к писательству?

– Я никогда не делил свою жизнь на профессии, мой путь в литературу складывался естественно. Работая с людьми, я пишу о личности и её внутреннем мире. Психиатрия научила меня видеть человека на грани, а слово превратилось в инструмент диалога. Всё, что я делаю, – одно служение: помощь человеку в его восхождении.

– Вы говорите, что писатель – не тот, кто создаёт тексты, а тот, кто создаёт пространство встречи. Что вы имеете в виду?

– Я стараюсь создать пространство, где читатель встречается с самим собой. Моё слово не информирует, а ставит перед выбором: остаться в полудрёме или сделать усилие и заглянуть внутрь. Я следую лучшей русской традиции, где слово было делом, но при этом я не обличаю и не бичую, а описываю эталон и таким образом делаю невозможным прежнее самооправдание.

– Вы психиатр и психотерапевт. Но психиатрия требует трезвости, а психотерапия – сострадания. Как вам удаётся это сочетать?

– Клиническая трезвость не убивает сострадание – она его очищает. Сострадание, не прошедшее через трезвость, легко превращается в жалость, а жалость – в унижение. Я этого не допускаю. Как психотерапевт я работаю не с болезнью, а с искажением. Не лечу патологию, а возвращаю здоровую, но заблудшую душу к её глубине. Мой метод – восстановление иерархии ценностей. Когда она восстановлена, симптомы уходят сами. Я не спрашиваю, что болит, я спрашиваю: «Кем ты можешь стать?»

– Вы разработали авторскую методику «психологическая скульптура». В чём её суть?

– Метафора скульптуры здесь не украшение, а точный термин. Скульптор не создаёт материал – он его освобождает. В глыбе мрамора уже заключён образ, и задача мастера – убрать лишнее. Большинство методик работает по принципу «добавить»: добавь навык, установку, технику. Я же не леплю из человека нечто чуждое его природе, а снимаю лишнее – наносное, случайное, привнесённое суетой, страхом, ложным стыдом. Когда лишнее убрано, человек обнаруживает себя – цельного, ясного, способного. Но скульптор работает с камнем, а я с человеком, обладающим свободной волей, поэтому моя «скульптура» – всегда соавторство. Я не ваяю, а показываю направление, не формирую, а сопровождаю.

– Ещё одна ваша методика – гармонизация личности. Что такое гармония в вашем понимании?

– Обычно под гармонией понимают отсутствие конфликта, но я вкладываю иной смысл: гармония – не отсутствие напряжения, а правильное соотношение сил. Личность гармонична не тогда, когда в ней нет борьбы, а когда борьба ведётся на верном уровне и с верной иерархией целей. В человеке живут десятки начал: интеллектуальное, психологическое, духовное, эстетическое, телесное, социальное. Беда начинается там, где низшее занимает место высшего. Гармонизация – восстановление иерархического порядка. Когда каждая сила знает свою меру и свою службу, личность обретает устойчивость. Гармоничный человек не тот, кто достиг покоя и остановился, а тот, кто способен двигаться дальше, не разрушая себя.

– Вы составляете психологический портрет по фотографии по ста параметрам. Как это возможно и не является ли это шарлатанством?

– Это не гадание и не чтение судьбы по лицу. Я читаю структуру – устойчивые признаки, которые проявляются во внешности так же неизбежно, как в речи, в походке, в манере держать руки. Лицо – не маска, а результат многолетней внутренней работы или внутреннего запустения. Моя методика существует не для того, чтобы судить, а чтобы помочь увидеть. Человек часто не знает себя, потому что не имеет точки опоры. Портрет становится этой точкой. Точное зеркало – первый шаг к перемене.

– Вы также прогнозируете поведение на основе портрета. Не лишает ли это человека свободы?